Погода в Чишмах:
0, -2 ° C 1 - 3 м\с Ю
Подписаться на газету "Родник плюс"-"Чишмэ" можно с любого дня. Вызвать курьера для оформления подписки можно на дом или на работу. Тел. 8 (34797) 2-33-63       *       
 
Рафаиль Габидуллин: У немцев была техника, а у нас – вера

Юлия БАЙДЖАНОВА

 

История Рафаиля Габидуллина очень похожа на тысячу других историй его сверстников. Пошел на фронт добровольцем в 1942 году, как только стукнуло 17. В военном комиссариате приписал себе один год, а там сильно разбираться не стали – пришел и пришел. Отправили в Тоцк, что в Оренбургской области, обучаться военному делу. Но почти годовой курс окончить не удалось: всех в срочном порядке отправили на фронт. Даже звание сержанта, которое полагалось по окончании учебки, никому не присвоили – не до того было, наверное. Первый день боя и стал самым запоминающимся воспоминанием о войне.

– На место дислокации под Гомелем вывели прибывших тремя эшелонами солдат. Многие полегли тут же в чистом поле. После первого же авианалета – а в небе было, кажется, около ста вражеских самолетов, на ногах осталась лишь треть. Снега видно не было – одни тела и кровь. Мне этот день часто потом снился, просыпался весь в холодном поту, – рассказывает Рафаиль Гиндуллович.

На парадном пиджаке, помимо юбилейных медалей, у него  медаль «За отвагу» и Орден Великой Отечественной войны II степени.

– Папа нам часто давал поиграть медалями. Тогда участников войны было много, наградами гордиться было не принято, какой-то ценностью они не считались. Некоторые, похоже, утеряны, – замечает его дочь Рафика.

Медаль Рафаиль Гиндуллович получил за подбитый танк. Было это в  одной из деревень – то ли в Белоруссии, то ли на Украине. Тогда все они были похожи друг на друга: выжженные поля, сожженные дотла дома, одни печные трубы торчат. Бои шли ожесточенные: отвоевывали по 100 метров, не раз приходилось идти в рукопашную. В глазах прежде самоуверенных немцев все чаще, по выражению Рафаиля Гиндулловича, был виден страх.

– Пехоте очень помогали «Катюши». Вражеские самолеты налетали через каждые два часа, а вот наших в небе видно не было. У немцев была техника, у нас – вера, – говорит он.

На войне  пехота – самый «расходный материал». «Наверное, Бог спас, на фронте атеистов не было. Перед боем и во время него все молились, кто как мог, как умел», – говорит он. Ранило его в ногу в марте 1944 года. Раздробило кость. Подбили бойца утром, а нашли только, когда уже наступили сумерки. Все это время пролежал на снегу вместе с таким же раненым товарищем – никто из них не в силах был сдвинуться с места.

На самолете его доставили в госпиталь. Там проходил реабилитацию полгода, после чего  его списали как инвалида войны. Домой вернулся осенью 1944 года. На костылях. Долго еще потом с ними ходил. Но уже на второй день после возвращения домой вышел на работу на МТС, работал заправщиком – учетчиком сельхозтехники. Там же встретился с будущей женой. Через три месяца они расписались.

Зигания Зигануровна всю войну проработала на комбайне. Она закончила  курсы в Давлеканово, где ее научили работать на тракторах и комбайнах. За доблестный труд в годы ВОВ награждена медалью.

Габидуллины – вообще удивительный пример супружеской любви, дружбы и верности. Родились и прожили всю жизнь в  деревне Уразбахтино Чишминского района. До

войны друг на друга внимания не обращали, а потом – как искра пробежала. И, как рассказывают дети, до сих пор не утратили это тепло во взаимоотношениях.

– Для меня они пример во всем. Я не переставаю удивляться, как они смогли пронести через столько лет любовь и нежность друг к другу. Папа каждое утро первым делом желает маме доброго утра и спрашивает, хорошо ли ей спалось, что снилось. И она без него  никуда, – с восхищением говорит Рафика.

К слову, эта пара несмотря на преклонный вроде бы возраст (Рафаилю Гиндулловичу месяц назад исполнился 91 год) до сих пор живет полнокровной жизнью. Хозяйничают по дому, работают в огороде. Секретом долгой жизни в один голос называют усердный труд, а на трудности смотрят по философски – черная полоса ведь всегда проходит, а за ней наступают светлые дни. А еще они как-то трогательно, как и многие из их поколения, мечтают о том, что больше никогда не будет войны.