13.01.2014
Мягкая посадка

Григорий Котов

 

Утро предпоследнего дня новогодних каникул беды никоим образом не предвещало. Заявление благоверной «Давай на каток сходим, подружки зовут», несмотря на всю свою кажущуюся несерьезность, быстро отбило у меня желание поострить на тему «бегемотов на льду» и «заигравшего в одном месте детства». Что-то было в ее взгляде серьезное, такое, напрочь отбивающее желание поиграть сегодня в Петросяна с Коклюшкиным.

Затянувшиеся (на лично ее сугубый взгляд) выходные просто необходимо было сдобрить порцией свежего воздуха и хоть каких-то телодвижений.

Не то чтобы я против активного отдыха, нет. Просто полирование дивана на выходных уже в привычку вошло, форма физическая не та, да и вышел уже из того возраста, чтобы синяки да шишки на катке набивать.

Нет, ладно я. В пору своей бурной молодости я кое-как научился стоять на коньках. Потом даже смог кататься и худо-бедно поворачивать. До освоения торможения дело не дошло. Останавливался я, помню, либо о борт, либо об лед, как повезет. Ну Наташка-то с роду на коньках не стояла!

В общем, ее гениальная идея мне сразу показалась авантюрой, но вида я не подал. Мои слабые попытки отмазаться были отметены сразу. Доводы типа «Я же тебя на рыбалку или в гараж к мужикам с собой не тащу» должного влияния не оказали. Пришлось тащиться на каток.

Своих коньков у нас не было. За ненадобностью до этой минуты. Посему путь на лед лежал через пункт проката. Мрачный мужичок на выдаче, даже не взглянув на нас, буркнул: «Размер»? Я, памятуя о том, что коньки должны сидеть на ноге твердо, назвал 43-й. Мужик выложил на стол пару видавших виды ледорубов.

– Слышь, братан, – говорю, – я на коньках последний раз лет двадцать стоял, так вот эти если не те самые, то точно с той партии. Гони нормальные.

Выбив две пары сносных коньков, мы отправились на лед, где уже вовсю резвились неоднократно поминаемые мной разными словами подружки-затейницы и еще пара десятков любителей ледовых забав. Супругу я сдал подружкам, так как талантов педагогических не имею, если мои команды не понимают или не выполняют, начинаю жутко психовать. И вины моей в этом нет. Это камень, на которое наступило государство, которое в свое время, забирая у меня долг (а я, кстати, ничего не занимал), воспитало из меня хорошего сержанта. Нет, я бы смог научить Наташку стоять на коньках. Может быть, даже быстрее подружек, но обстановка была не та. Женщины, дети...

С полчаса я висел на бортике и просто ржал, глядя на то, как моя Наташка делает первые шаги на коньках, поминутно шмякаясь на лед. Вскоре у нее кое-что стало получаться, и стало понятно, что домой попасть пока не светит.

Выбрался на лед и я. Честно говоря, я ждал быстрого падения и позора, однако же в неспешном темпе проехал несколько кругов без происшествий. Гордость так и перла из меня, я, забыв о мерах предосторожности, сильно превысил скорость, но быстро это понял и уже размышлял обо что бы затормозить...

Тут меня мастерски «подрезала» хрупкая такая девчонка, аккурат с четверть меня. Маневрировать было поздно, тормозить я не умел, поэтому я сгреб ее в охапку и больно шмякнулся на пятую точку, чтобы избежать скорой встречи с бортом.

– Цела? – спрашиваю, – не ушиблась?

– Нормально, – смеется она, – спасибо за мягкую посадку.

В общем, неплохой был день. Новых эмоций куча. Жена тоже довольная ходит, хоть и вся в синяках. Подумываем коньки купить. Вот только посадочное место болеть перестанет.